Рождение семинарии. Ее первые годы
(1747-1760 гг.)

Появление первых духовных семинарий в России, т.е. школ по подготовке духовенства, было прямым следствием петровских преобразований начала XVIII века. В центрах епархий в это время семинарии возникали одна за другой. Образование в 1744 году самостоятельной Костромской епархии предопределило появление епархиальной духовной семинарии и здесь. Рождение семинарии в Костроме во многом было личной заслугой второго костромского архиерея – епископа Сильвестра (Кулябки). (Как известно, первый святитель Костромской епархии — епископ Симон (Тодорский), пробыл на этом посту всего несколько месяцев и, оставаясь в Петербурге, даже не был ни разу в Костроме.). Преосвященный Сильвестр - высокообразованный украинец, выпускник, а позднее ректор Киевской духовной академии, поставил вопрос о создании епархиальной духовной школы с самого своего прибытия в Кострому в ноябре 1745 года.

Епископ Костромской и галичский Сильвестр (Кулябка) (1704-1761)

Управлял Костромской епархией в 1745-1750 годах,

его трудами осенью 1747 года в Ипатьевском монастыре была открыта

Костромская духовная семинария. Умер в 1761 году архиепископом

Санкт-Петербургским, погребён в Александро-Невской лавре в Петербурге

На пути создания школы встало немало всяческих трудностей, но тяжелее всего оказалось набрать среди сыновей местного духовенства ее будущих учеников. Духовенство, отчасти из косности, а отчасти из въевшегося со времен Петра I страха перед всевозможными мобилизациями, не спешило отдавать своих детей в учебу. Историк костромской семинарии Н.О.Андроников писал: "Напрасно епархиальное начальство публиковало в указах, что каждый из учеников (...) будет пользоваться казенным содержанием и учиться по книгам архиерейского дома, напрасно рассылались строгие указы о высылке учеников в школу; многие из поповских старост под разными предлогами не представляли детей для обучения. Вследствие этого епархиальное начальство нашло вынужденным разослать из консистории приказных и сторожей для набора в школу детей духовного звания. Но и эта мера имела небольшой успех, потому что при появлении консисторского рассыльного отцы укрывали своих детей, говоря, что они находятся в бегах. Когда же случалось мальчику попадаться в руки рассыльного и надобно было его провожать в школу, тогда родители и родственники и особенно матери увозимого, выразимся словами Несторовой летописи, "плакахуся по нем, аки по мертвому плакахуся".

Разместить создаваемую школу владыка Сильвестр временно решил в своей официальной резиденции – в Ипатьевском монастыре, в монашеских кельях, вблизи своих покоев. (Напомним, что с момента образования епархии и до революции этот монастырь был официальной резиденцией костромских архиереев). Первым учителем и смотрителем школы был назначен приехавший с епископом из Киева иеромонах Анастасий, бывший позднее наместником Ипатьевского монастыря.

Древний Ипатьевский монастырь, с 1744 года ставший

духовно-административным центром Костромской епархии.

Осенью 1747 года здесь начала свою деятельность

епархиальная духовная семинария – старейшее

учебное заведение Костромского края.

Гравюра середины XIX века

И вот осенью 1747 года в древнем Ипатьевском монастыре открылась первая на костромской земле духовная школа, и, как писалось впоследствии в одном из документов, "...заблистал свет духовного просвещения для целого обширного края". В "епаршеской" школе, как первоначально называли семинарию, приступили к занятиям около 20 учеников. Они обучались азбуке, Божьим заповедям, часослову, псалтири, церковному уставу и нотному пению. С самого возникновения школы в ней начали изучать латинский язык.

К сожалению, школа в Ипатьевском монастыре просуществовала только три года. Летом 1750 года Преосвященный Сильвестр был переведен в Петербург, где в сане архиепископа он возглавил Петербургскую епархию. По каким-то причинам назначение нового епископа в Кострому откладывалось около трех лет, и без архиерея духовная школа в Костроме фактически прекратила свое существование, а ученики, распущенные по домам летом 1750 года, больше в нее не возвращались.

Лишь весной 1753 года был назначен в Кострому новый архиерей – епископ Геннадий (Андреевский). Новый Преосвященный, до костромской кафедры бывший несколько лет ректором Славяно-Греко-Латинской школы в Пскове, принял энергичные меры по восстановлению духовной школы. Владыка Геннадий решил перенести школу из монастыря, потому что она, конечно, стесняла иноков, а ученикам, живущим в городе, было не так просто добираться до стоящего за р. Костромой монастыря. (В 1797 году – в связи со строительными работами на Запрудне – семинария вновь временно вернулась на место своего рождения – в Ипатьевский монастырь. В монастыре семинария заняла ряд существующих доныне строений, в частности и т.н. палаты М.Ф. Романова. Весной 1802 года, когда на Запрудне были выстроены новые здания, семинария вернулась на свое прежнее место.). Духовная школа была перенесена почти к центру города, в помещения пустующего к тому времени небольшого Симеоновского монастыря, стоявшего вблизи места возникновения Костромы (Этот монастырь находился вблизи церкви Иоакима и Анны, в районе пересечения нынешних улиц Островского и Пятницкой). 19 октября 1754 года семинария, насчитывавшая тогда 30 учеников, возобновила свою работу на новом месте. Учителем и смотрителем семинарии вновь стал игумен Анастасий, бывший одновременно и настоятелем Богородицко-Игрицкого монастыря под Костромой. В стенах Симеоновского монастыря семинария пробыла до конца 50-х годов.

Семинария на Запрудне.
(1760-1813 гг.)

Окончательное становление духовной семинарии связано с именем епископа Дамаскина (Аскаронского), возглавившего Костромскую епархию в 1758 году. Образованный украинец, бывший ранее ректором Новгородской духовной семинарии, он так много сделал для семинарии в Костроме, что, по мнению историков, может считаться даже "настоящим ее основателем".

Церковь Спаса Нерукотворного на Запрудне в 1754 году. Во время пребывания семинарии

на Запрудне в первом этаже храма размещалась семинарская библиотека.

Сразу же по приезде в Кострому владыка Дамаскин распорядился перевести семинарию за город к небольшому Спасо-Запрудненскому монастырю, основанному в XIII веке на месте явления Феодоровской иконы Божией Матери, главной святыни костромского края.

Строительством семинарии на новом месте руководил бывший игумен Иаково-Железноборовского монастыря Досифей (позднее – архимандрит Соловецкого монастыря). Со всех концов епархии своих плотников, каменщиков, штукатуров, кузнецов по разнарядке консистории присылали монастыри: Паисиев, Новозаозерский, Макарьев-Унженский и др. Постепенно вблизи Спасо-Запрудненского монастыря, в местности, издавна именуемой "Запрудней", вырос целый семинарский городок, включавший в себя учебные и жилые постройки, здесь же был выстроен для епископа архиерейский дом с крестовой Благовещенской церковью, разбит сад с прудом, появилась большая березовая аллея. Под семинарские нужды была занята часть строений Спасо-Запрудненского монастыря, в том числе и существующая доныне церковь Спаса Нерукотворного - в ее нижнем этаже разместились одна из учебных аудиторий и библиотека. Деревянная монастырская церковь во имя Введения во храм Пресвятой Богородицы стала семинарским храмом. (Церковная реформа 1764 года упразднила Спасо-Запрудненский монастырь, сделав семинарию полной хозяйкой на Запрудне.)

Во главе семинарии вместо смотрителя стал ректор. Первым ректором семинарии был назначен архимандрит Софроний, образованный киевский инок, одновременно бывший настоятелем Николо-Бабаевского монастыря.

На новое место семинария перебралась из города в 1760 году. Здесь, на Запрудне, она пробыла около полувека, и "запрудненский" период занимает в истории семинарии совершенно особую роль. Это был период ее окончательного становления, период роста, период формирования традиций. Именно тогда в семинарии наряду с латынью стали изучать греческий и древнееврейские языки, а затем – французский. В начале XIX века в семинарии было введено изучение медицины. Семинария быстро росла: если на момент переезда на Запрудню она насчитывала 50 учеников, то к концу XVIII века в ней обучалось уже около 600 учащихся.

После смерти владыки Дамаскина новым костромским архиереем в 1769 году стал епископ Симон (Лагов). Сын вологодского крестьянина, ставший, благодаря своим способностям и тяге к знаниям, видным церковным иерархом (не зря костромской историк протоиерей М. Я. Диев сравнивал епископа Симона с М. В. Ломоносовым), преосвященный Симон также внес большой вклад в дело становления семинарии. После кончины ректора семинарии архимандрита Софрония, не имея, видимо, достойных ему преемников, владыка Симон сам три года исполнял обязанности ректора и преподавал в семинарии греческий и древнееврейский языки.

Среди выпускников семинарии этого периода было немало выдающихся людей, оставивших заметный след в истории костромского края и в истории России. Среди тех, кто учился на Запрудне, были: протоиерей Я. И. Арсеньев – автор первой книги по истории кафедрального собора Костромы, М. С. Травьянский – историк, автор труда "Историко-археологическое описание церквей г. Костромы", К. И. Арсеньев – географ и статистик, профессор Петербургского университета, академик Петербургской Академии Наук, учитель будущего императора Александра II, (вып. 1806 г.), В. И. Всеволодов – медик, профессор Петербургской медико-хирургической академии, один из основоположников российской ветеринарии (вып. 1811 г.), протоиерей М.Я. Диев – крупнейший церковный историк костромского края (вып. 1813 г.), протоиерей Ф. А. Голубинский – известный религиозный философ, профессор Московской духовной академии (вып. 1814 г.) и др.

С семинарией на Запрудне неразрывно связан старинный священнический род Островских. В 90-е годы XVIII века здесь учился Ф. И. Островский, дед великого драматурга А. Н. Островского, бывший позднее протоиереем Благовещенской церкви в Костроме, а затем монахом московского Донского монастыря. На Запрудне учились и трое его сыновей, в том числе и старший Н. Ф. Островский, отец драматурга (вып. 1814 г.), ставший позднее преуспевающим чиновником, купившим знаменитую усадьбу Щелыково.

Конец запрудненского периода в истории семинарии совпал с грозными событиями 1812 года, когда в Россию вторглась французская армия. В начале боевых действий, когда стали формироваться народные ополчения, в их ряды вступило 25 учеников семинарии (желающих вступить было гораздо больше, но остальных не взяли по "молодости и слабости"). Судя по всему, большинство семинаристов-ополченцев погибло зимой 1812-1813 гг., разделив общую участь большей части костромского ополчения. В декабре 1813 года в семинарии вспыхнул пожар, уничтоживший учебный корпус. Это было тяжелейшим ударом по семинарии, в результате которого она была вынуждена покинуть обжитое место и следующие более чем полвека не иметь собственного помещения. Так как средств на восстановление сгоревшего на Запрудне здания не было, то решением епископа Сергия (Крылова-Платонова) семинария была переведена в Кострому, в Богоявленский монастырь.
 
СЕМИНАРИЯ В БОГОЯВЛЕНСКОМ МОНАСТЫРЕ
(1814-1847 гг.)

Так выглядел Богоявленский монастырь в то время, когда в нём находилась костромская духовная семинария. Справа – Богоявленский собор до его перестройки в 60-х годах XIX века.

За Никольской («Салтыковой») церковью видна двухглавая Сретенская церковь XVII века,

в 1814-1847 годах служившая семинарским храмом.

рисунок художника Чернецова. 1838 год.

Семинария перебралась в Богоявленский монастырь в 1814 году и пробыла в его стенах тридцать три года. Богоявленский монастырь, один из древних монастырей Костромы, основанный в начале XV века учеником и "сродником" Сергия Радонежского преподобным Никитой, к началу XIX века пребывал в упадке, но в нем все еще дышало эпохой расцвета монастыря в XVI-XVII веках. Могучие монастырские стены и башни, несколько старинных храмов, и среди них Сретенская церковь XVII века, ставшая на несколько десятилетий семинарским храмом, развесистые высокие кедры, поэтичный большой пруд – все это на три десятка лет стало составной частью жизни семинарии. Конечно, монастырю трудно было принять несколько сот семинаристов, и поэтому учебные, жилые и хозяйственные помещения семинарии были разбросаны по всему монастырю, что, разумеется, было крайне неудобно. С другой стороны, пребывание в стенах монастыря не могло не оказать своего влияния на семинаристов. Бывший в числе тогдашних воспитанников семинарии Н.Н.Страхов, впоследствии известный публицист и философ, в своих воспоминаниях писал: "...следует помянуть добром этот Богоявленский монастырь, где я прожил пять лет и где помещалась наша семинария. Это был беднейший, почти опустошенный монастырь, в нем было, кажется, не больше 8 монахов, но это был старинный монастырь, основанный еще в XV веке. Стены его были облуплены, крыши по местам оборваны, но это были высокие крепостные стены, на которые можно было восходить, с башнями по углам, с зубцами и бойницами по всему верхнему краю. Везде были признаки старины: тесная соборная церковь с темными образами, длинные пушки, лежащие кучей под нижним открытым сводом, колокола с старинными надписями. И прямое продолжение этой старины составляла наша жизнь: и эти монахи со своими молитвами, и эти пять или шесть сотен подростков, сходившихся сюда для своих умственных занятий... В нашем глухом монастыре мы росли, можно сказать, как дети России. Не было сомнения, не было самой возможности сомнения в том, что она нас породила и она нас питает, что мы готовимся ей служить и готовимся оказывать ей повиновение, и всякий страх, и всякую любовь".

Среди ректоров семинарии ее "богоявленского" периода были люди, оставившие заметный след в истории Русской Церкви. В первую очередь надо назвать архимандрита Макария (Глухарева), бывшего ректором семинарии и одновременно настоятелем Богоявленского монастыря с 1821 по 1824 годы (позднее архимандрит Макарий с 1830 по 1844 год был главой Алтайской православной миссии и известен как Апостол Алтая). По инициативе отца Макария одна из крепостных башен монастыря была перестроена в сохранившуюся доныне церковь Смоленской иконы Божией Матери, бывшую позднее 16 лет семинарским храмом. Среди других ректоров этого периода выделяется фигура архимандрита Платона (Городецкого), возглавлявшего семинарию с 1837 по 1839 годы; позднее, став митрополитом Киевским, он неоднократно помогал костромской семинарии.
В числе выпускников семинарии периода ее пребывания в Богоявленском монастыре протоиерей А. Д. Доминский – краевед, первым в XIX веке указавший место захоронения Ивана Сусанина (вып. 1818 г.), митрополит Киевский Арсений (Московин) (вып. 1819 г.), архиепископ Казанский Афанасий (Соколов) (вып. 1821 г.), епископ Порфирий (Успенский) – первый глава Русской православной миссии в Иерусалиме, востоковед и путешественник (вып. 1824 г.), протоиерей П. Ф. Островский – костромской церковный историк, дядя драматурга А. Н. Островского (вып. 1826 г.), протоиерей А. В. Горский – ректор Московской духовной академии, богослов, церковный историк (вып. 1828 г.) и др.

Начиная с «богоявленского» периода и почти весь XIX век в семинарии обучались многие представители костромского священнического рода Флоренских, наиболее прославленного знаменитым иереем П. А. Флоренским. В стенах Богоявленского монастыря учился, в частности, дед П. А. Флоренского И. А. Флоренский (вып. 1836 г.), по предписанию начальства направленный после окончания семинарии в Московскую медико-хирургическую академию. (Большое количество врачей, юристов, педагогов, вышедших из стен костромской семинарии объясняется не только тем, что какая-то часть выпускников семинарии не шла в церковнослужители, избирая иные поприща общественного служения. Во 2-й половине XVIII и в 1-й половине XIX веков правительство, испытывая нехватку в каких-либо специалистах, нередко проводило своего рода "мобилизации" среди выпускников духовных семинарий, направляя их в светские учебные заведения). Среди других священнических родов, поколение за поколением обучавшихся в семинарии, надо назвать род Елизаровых-Розановых, из которого вышел известный писатель и мыслитель В. В. Розанов. В Костромской семинарии учились дед писателя, Ф. Н. Елизаров (вып. 1813 г.), и его отец, В. Ф. Розанов (вып. 1840 г.)

Конец пребыванию семинарии в Богоявленском монастыре положила та же причина, что и изгнала семинарию с Запрудни. Страшный пожар в начале сентября 1847 года, испепеливший чуть не всю Кострому, нанес страшный ущерб и Богоявленскому монастырю, в котором сгорела большая часть зданий, где размещалась семинария. Монастырь вскоре было решено упразднить. Перед руководством епархии вновь встал вопрос: куда поместить семинарию? В конце концов тогдашний костромской епископ Иустин (Михайлов) распорядился поместить семинарию в один из двух так называемых "соборных" домов, находившихся возле кафедрального собора Костромы.

Семинария в соборном доме
(1847-1866 гг.)

Соборные дома были построены в конце XVIII века на склоне бывшего кремлевского холма Костромы, вблизи кафедральных Успенского и Богоявленского (зимнего) соборов. В доме, куда была переведена семинария, с 1814 года уже находилось Костромское духовное училище, образованное после пожара на Запрудне из младших классов семинарии. Сильно потеснив училище, которому был оставлен только первый этаж соборного дома, учебные аудитории семинарии разместились на 2-м его этаже (современный адрес: ул. Чайковского, д.6), а часть соседнего дома (ул. Чайковского, д. 8), где находились архиерейские покои, владыка Иустин уступил под правление семинарии.

Кафедральные соборы Костромы: Успенский (слева) и Богоявленский (справа).

возле них два т.н. соборных дома, в правом размещалась семинария с 1847 по 1866 год.

фотография начала XX века.

Здесь, в самом сердце Костромской епархии, вблизи кафедральных соборов и поразительной по красоте соборной колокольни, духовная семинария пробыла почти двадцать лет. В числе выпускников семинарии периода ее пребывания в соборном доме были: архиепископ Владимирский Сергий (Спасский) (вып. 1849 г.), И. Е. Беляев – основатель Александровского братства, известной религиозно-благотворительной организации в губернии (вып. 1852г.), Е. Е. Голубинский крупнейший церковный историк, автор "Истории Русской Церкви", профессор Московской духовной академии, академик Петербургской Академии Наук (вып. 1854 г.), Ф. И. Успенский – историк, директор Русского археологического института в Константинополе, академик Петербургской Академии Наук (вып. 1866 г.) и др.

Конечно, в прекрасном, построенном в стиле раннего классицизма здании соборного дома, из окон которого открывался замечательный вид на Волгу, семинарии было очень тесно. В это время она не имела ни своего общежития, ни больницы, ни столовой. Семинарским храмом вплоть до 1863 года служила церковь Смоленской иконы Божией Матери в Богоявленском монастыре. Однако сложное материальное положение епархии не позволяло изменить ситуацию к лучшему.

Семинария на верхней набережной
(1866-1918 гг.)

Только в 1866 году епархии и епископу Платону (Фивейскому) удалось купить у купцов Стригалевых несколько зданий, стоявших на берегу Волги, на улице Верхней Набережной (в 1925 году улица Верхняя Набережная была переименована в улицу 1-го Мая.).

Архиепископ Костромской и Галичский Платон (Фивейский) (1809-1877)

Управлял Костромской епархией в 1857-1877 годах. Его трудами духовная

семинария была в 1866 году перенесена на ул. Верхнюю Набережную (ныне ул. 1Мая),

где вскоре возник целый семинарский городок (ныне – педуниверситет им. Некрасова).

Скончался в 1877 году, погребён в усыпальнице кафедрального Богоявленского собора,

Взорванного в 1934 году.

Впервые за последние полвека семинария разместилась, никого не стесняя, в своих собственных домах. Постепенно, по мере обустройства, на Верхней Набережной возник целый комплекс семинарских зданий, включавший в себя учебные, жилые и хозяйственные корпуса. Перед семинарией был разбит сад. Уже в 1868 году в одном из помещений семинарии появился храм во имя Всех Святых, а позднее, в 1878 году, был устроен разместившийся в верхнем этаже общежительного корпуса несравненно более обширный, с хорами храм во имя Сретения Господня. С 1887 года при семинарии стала действовать образцовая церковно-приходская школа.

Комплекс зданий Костромской духовной семинарии на ул.верхней Набережной (ныне ул. 1 Мая),

где семинария находилась с 1866 по 1918 год

(ныне здесь размещается педагогический университет им. Н.А. Некрасова).

Все то время, что семинария находилась на Верхней Набережной, она была одним из главных очагов культуры губернской Костромы. Хор духовной семинарии традиционно был одним из лучших в епархии, уступая лишь архиерейскому хору. Большой известностью пользовались у костромичей художественные вечера и концерты, устраиваемые семинаристами. Так, например, 26 мая 1899 года семинария отметила столетие со дня рождения А. С. Пушкина заупокойной литургией и большим концертом, на котором семинарским хором был исполнен гимн в честь великого поэта.

Семинария была и одним из центров епархиальной жизни: в ее актовом зале в конце XIX–начале XX веков проходили ежегодные епархиальные съезды духовенства, проводились собрания действовавшего при епархии Церковно-Исторического общества и т.д. Семинарию обычно посещали приезжавшие в Кострому видные деятели Церкви, например, 5 октября 1902 года семинария принимала в своих стенах знаменитого протоиерея о. Иоанна Кронштадского, неоднократно бывавшего в Костромском крае.

Семинария давала возможность своим воспитанием получить очень большой багаж знаний. Наряду с литургикой, богословием, священным писанием, церковным пением, иконописанием, церковной историей и т.д., семинаристы изучали латынь, греческий, древнееврейский, немецкий и французский языки, гражданскую историю – российскую и всеобщую, философию, словесность, математику, психологию, логику и т.д. и т.п.

Счастливо убереженная от всех пожаров, фундаментальная библиотека семинарии по праву считалась одной из самых богатых в костромском крае. Пополняясь нередко за счет пожертвований костромских архиереев, преподавателей и именитых выпускников, она имела большое количество духовной и богослужебной литературы, множество книг по всем отраслям человеческих знаний. Среди книг библиотеки было немало старопечатных изданий XV-XVIII веков, старинных рукописей, книг на латинском и греческом, на многих европейских и восточных языках, включая китайский, персидский, турецкий и т.д.

Епископ Костромской и Галичский

Виссарион (Нечаев) (1822-1905)

Управлял Костромской епархией

в 1891-1905 годах. Выдающийся богослов

и проповедник, оказал большое влияние

на развитие семинарии. Скончался в 1905 году,

погребён в усыпальнице кафедрального

Богоявленского собора, взорванного в 1934 году.

На рубеже XIX и XX веков ректором семинарии был протоиерей Иоанн Сырцов, выдающийся церковный историк. Среди преподавателей семинарии этого периода нельзя не отметить И. В. Баженова – богослова и историка, бессменного председателя Костромского Церковно-Исторического общества. Большую роль в жизни семинарии рубежа веков играл тогдашний епископ Костромской и Галичский Виссарион (Нечаев) – один из крупнейших богословов того времени, выдающийся проповедник. Владыка Виссарион постоянно посещал семинарию, проводил службы в семинарском храме, присутствовал на экзаменах. При владыке Виссарионе семинария отметила свое 150-летие.

Свой полуторавековой юбилей семинария торжественно отметила 24 и 25 сентября 1897 года. В эти дни перед ликом принесенной в семинарский храм Феодоровской иконы Божией Матери епископом Виссарионом в сослужении большой группы духовенства, при пении двух хоров – архиерейского и семинарского, была отслужена литургия и провозглашена вечная память основателю семинарии епископу Сильвестру и ее дальнейшим устроителям-епископам: Геннадию, Дамаскину, Симону и архиепископу Платону, перенесшему семинарию на Верхнюю Набережную, были молитвенно помянуты все руководители и преподаватели семинарии и все обучавшиеся в ее стенах за полтора века…

Насыщенность известными именами среди выпускников этого периода высока, как, пожалуй, никогда. Семинарию на Верхней Набережной окончили: Н. В. Покровский – историк, профессор Санкт-Петербургской духовной академии, директор Петербургского археологического института (вып. 1870 г.), архиепископ Никон (Софийский) – экзарх Грузии (вып. 1882 г.), А. П. Голубцов – историк, профессор Московской духовной академии (вып. 1882 г.), архиепископ Костромской и Галичский Никодим (Кротков), причисленный в 1995 году Русской Православной Церковью к лику святых (вып. 1889 г.), архиепископ Феодор (Поздеевский) – ректор Московской духовной академии (вып. 1896 г.), Н. Н. Виноградов – историк (вып. 1896 г.), A. M. Василевский – маршал Советского Союза (вып. 1915 г.) и др.

Но было бы неверно представлять, что все в жизни семинарии этого периода было благополучно. Политические бури начала XX века не могли миновать и ее: несколько раз в это время семинарию сотрясали волнения и забастовки, во время трагического столкновения 19 октября 1905 года на городской площади был зверски убит семинарист. Гибель студента на какое-то время вынесла семинарию чуть ли не в центр политической борьбы в Костроме тех дней, явившись своего рода зловещим предзнаменованием будущей судьбы всей семинарии. Вообще, весь последний период жизни семинарии конца XIX – начала XX веков предстает сейчас перед нами незримо окрашенным трагическим духом предчувствия того, что ожидало впереди и саму семинарию, и огромное большинство ее выпускников...

В 1913 году, когда отмечалось 300-летие романовской династии, костромская семинария еще раз окинула взором свою историю: к приезду императора Николая II в Костроме была открыта юбилейная выставка Костромского губернского земства, в одном из павильонов которой были представлены и материалы, посвященные истории семинарии. Центральное место среди них занимала большая диаграмма с изображением произрастающего из здания семинарии мощного ветвистого дерева, на ветвях которого были обозначены имена 53-х наиболее прославленных ее выпускников. И хотя после этого семинарии было суждено прожить еще пять лет, но, по сути, выставка 1913 года уже подводила итог всей ее к тому времени уже 165-летней истории.

Сретенский храм в Костромской духовной семинарии.

Освящён в 1878 году. Служил в семинарским храмом вплоть до 1918 года.

Казалось, что жизнь шла обычным чередом, но время уже отсчитывало последние годы семинарии... В июле 1914 года за несколько дней до начала 1-й мировой войны на 25-летие выпуска 1889 года в Кострому, к стенам своей Alma mater, съехалось много бывших семинаристов этого выпуска, те же, что не смогли приехать, прислали письма и телеграммы, в числе последних был и бывший семинарист Николай Кротков, в то время уже епископ Чигиринский, викарий Киевской епархии Никодим, будущий архиепископ Костромской и Галичский и первый русский святой, вышедший из стен костромской семинарии, новомученик и исповедник Веры Христовой.

А.М. Василевский (1895-1977) Выпускник семинарии 1915 года,

добровольцем ушёл на фронт 1-й мировой войны,

позднее – маршал Советского союза, дважды Герой Советского Союза,

во время Великой Отечественной войны – начальник Генштаба,

командующий 3-м Белорусским фронтом, в 1949-1953 годах министр Вооруженных Сил,

военных министр. Скончался в 1977 году, погребён в Москве на Красной площади.

Начавшаяся летом 1914 года столь роковая в истории России 1-я мировая война сразу же безвозвратно переломила прежний ход жизни семинарии. Уже в первые месяцы войны добровольцами на фронт ушло около 40 семинаристов старших классов (среди них был и будущий знаменитый военачальник, маршал Советского Союза А. М. Василевский, сын бывшего певчего архиерейского хора, ставшего позднее регентом и псаломщиком в сельском приходе). Часть помещений семинарии была отведена под лазарет для раненых воинов. В тревогах военного времени семинария, как и вся страна, шла навстречу 1917 году.

1918 год. Закрытие семинарии.

После Октября 1917 года судьба семинарии была предрешена. Открыто объявив войну Церкви, один из своих первых ударов новая власть наносила по системе подготовки церковных кадров – по духовным академиям, семинариям и училищам, закрывая их повсеместно. Не могла миновать чаша сия и костромскую семинарию. В условиях хаоса и начавшихся гонений в семинарии прошел еще один учебный год. 2 февраля, как и всегда, на престольный праздник Сретения Господня в семинарском храме была отслужена литургия. В мае семинария сделала очередной выпуск – выпуск 1918 года. Он оказался последним. Летом 1918 года семинария была закрыта.

Произошло это так. В июне 1918 года исполком Костромского городского Совета рабочих депутатов предложил семинарии "реформироваться в общеобразовательную школу общего типа". Это издевательское предложение, естественно, не могло быть принято, и тогда в начале июля исполком горсовета постановил: семинарию закрыть, ее персонал уволить, занимаемые преподавателями квартиры "уплотнить", а семинарские здания передать в ведение жилищного отдела горсовета... Так росчерком пера большевистского исполкома в июле 1918 года была закрыта Костромская духовная семинария – старейшее учебное заведение края. Ее традиции, ее заслуги, ее 170-летняя история, память о ее знаменитых выпускниках – все было отброшено новой властью как ненужный хлам.

В считанные дни семинария была вышвырнута из занимаемых ею зданий, куда вселился штаб дивизии Красной Армии с некоторыми воинскими частями, и вскоре, казалось, уже ничего не напоминало о бывшем здесь очаге духовного просвещения...

Но все-таки Костромская духовная семинария не умерла летом 1918 года. Еще долго она продолжала жить в судьбах своих выпускников конца XIX – начала XX веков, подавляющему большинству из которых выпало пройти вместе со всей Церковью крестным путем мученичества через тюрьмы и лагеря, Соловки и Сибирь, унижения и расстрелы. Вот только некоторые имена выпускников костромской семинарии, принявших мученический венец после революции: архиепископ Феодор (Поздеевский) – бывший ректор Московской духовной академии, настоятель московского Данилова монастыря, после многих лет тюрем и ссылок расстрелянный в 1937 году в Ивановской тюрьме; епископ Сызранский Фостирий (Максимовский), замерзший во время пешего этапирования заключенных из Ветлуги в Варнавин в декабре 1937 года; архиепископ Костромской и Галичский Никодим (Кротков), после многих лет тюрем и ссылок умерший в 1938 году в Ярославской тюрьме... В заточении погибли также: архиепископ Муромский Амвросий (Смирнов), архиепископ Тамбовский Зиновий (Дроздов), епископ Кинешемский, викарий Костромской епархии Василий (Преображенский)... И ведь это только иерархи! За ними же стоят тысячи других служителей Церкви – архимандритов, игуменов, священников, диаконов, монахов, ректоров и преподавателей духовных академий, семинарий и училищ, окончивших семинарию на Верхней Набережной и ставших жертвами чудовищной машины террора.

Не намного легче были и судьбы тех выпускников семинарии, которые не стали священнослужителями. Будучи детьми священников, они большую часть своей жизни вынуждены были носить клеймо "сын служителя культа", что ставило их в тяжелое положение (вспомним хотя бы о маршале А.М. Василевском, который с 1926 по 1940 год вплоть до особого милостивого разрешения Сталина вынужден был не иметь никаких отношений со своими стариками-родителями только из-за того, что его отец был псаломщиком в церкви).